После чего к Москве прирезали изрядную часть Московской области, превратив её на карте из изящного овала в подобие кометы с усечённым хвостом, и перестали на каждом шагу продавать мёд (Лужков был страстным пасечником). Снесли под Рождество почти все торговые киоски, разорив, по самым примерным подсчётам, тысяч 70 мелких и средних бизнесменов и невесть сколько их работников (злые языки утверждали, что эту операцию пролоббировали владельцы торговых сетей, решившие руками новых властей покончить с конкурентами). Правда, те, кто вошёл под «крышу» (интересно, чью?), обозначенную характерной обшивкой оставшихся в городе мест торговли и общепита серо-красными металлическими пластинами, напоминающими декорации к старым «Звёздным войнам», до поры уцелели.
Плюс начали сокращать больницы и «сливать» школы – ввиду явной перспективности для наполнения карманов отцов города платной медицины и образования по сравнению с образованием и медициной бесплатными. Начали, бросив на полдороге, замену асфальта на клинкер – как шутили горожане, оценив качество этого покрытия, «одноразовый». Объявили о неотложной необходимости для населения постройки «церквей шаговой доступности» и возведения на Ленинских горах, где строить ничего тяжёлого нельзя из-за ни к чёрту не годящейся геоподосновы, мегапамятника князю Владимиру – крестителю Руси. Попутно разорив бывший основой империи мэра Лужкова стройкомплекс и набрав вместо московских строителей чёрт знает кого чёрт знает откуда.
Помимо того, новые столичные власти облагородили (и удорожили для посетителей в разы) городские парки и ввели в обиход массовое катание по Москве на велосипедах (без прокладки велодорожек европейского типа), одновременно запретив провоз велосипедов в метро. Распространили по всему городу платные парковки для частного автотранспорта жителей и запланировали несколько новых станций метрополитена, о качестве строительства которых умолчим. Выкорчевали окаймлявшие газоны бордюры и заменили на тех же газонах грунт несусветной грязью, половина которой в отсутствие бордюров осталась на городских тротуарах. После протестов жителей часть бордюров вернули, но грязь осталась.
Под предлогом очистки города от иностранных гастарбайтеров были раскурочены службы, отвечавшие за чистоту дворов и улиц, в том числе от снега. Тем, что остались, вместо традиционных средств для таяния льда были вручены несусветной ядовитости химикаты, уничтожающие на раз не только кожаную обувь, но и автопокрышки. О лапах несчастных домашних животных, принадлежащих москвичам, умолчим. В конечном счёте горожанам стало ясно, что распространённая при прежнем начальстве шутка, что воровать надо с прибыли, ушла в прошлое окончательно и бесповоротно вместе с породившей её практикой. На чём превращение российской столицы в европейский город и завершилось.
Синагогу на Поклонной, отметим для объективности картины, никто трогать не стал. Да и в работу её не вмешивались. Ни при помянутом В. В. Путине, ни при унаследовавшем после него пост самодержца Всея Руси Д. А. Медведеве никто из властей предержащих не покушался на то, чтобы евреи отодрали с её здания памятную табличку, говорившую о роли в её возведении Гуся (как дружески-фамильярно звало В. Г. его ближнее окружение). То есть в ходе современных драк российских панов у их еврейских хлопов чубы трещать перестали. Отметим это к чести Владимира Владимировича, ибо желающих пришибить евреев, чтоб и духу их еврейского не было, и до него в отечественном начальстве было по самое некуда, и при нём их тоже хватало. Но воли им не дали.
Постоянного раввина в синагоге заводить не стали изначально, так как службы там шли только по еврейским праздникам. Задумано было, что вести их будут по очереди представители всех направлений иудаизма, невзирая на то, в каких отношениях они друг с другом. Что раввины все вместе успешно похоронили. С какого-то момента на Поклонной закрепился друживший и с властями, и с православными иерархами интеллигентный разгильдяй Зиновий Коган со своими реформистами. А чтобы жизнь маслом не казалась, его оттуда непрерывно пытался выжить местный сумасшедший, бывший боцман речного флота Тимофей, требовавший отдать мемориал с музеем под общину Фили-Давыдково. Вреда от него при этом было больше, чем от всех антисемитов, вместе взятых.
Впрочем, хотеть не вредно – и боцман Тимофей ощутил это на себе в полной мере. Поскольку командовала в комплексе на Поклонной директор Музея Холокоста и еврейского наследия (назывался он именно так) Ольга Соколова – дама почтенная, опытная и крутого нрава. Один из лучших специалистов России, чьи экспозиции можно найти в крупнейших музеях страны. В мемориал с её подачи пошёл поток посетителей, в том числе экскурсии из московских и провинциальных школ. Что впервые открыло одну из самых трагичных страниц истории России для подавляющей части её жителей. Причём впечатление на нееврейских посетителей экспозиция музея производила оглушительное – ничего подобного на тот момент в стране не было.
Гусинский при поддержке Лужкова построил Мемориал Холокоста, «прописав» его в официальной российской истории. Автор, как председатель совета директоров, третий президент, а затем вице-президент Российского еврейского конгресса, много времени и сил потратил на поддержание в порядке этого здания. Тем более что отличалось оно новейшей архитектурой и фантастическим дизайном отделки – работы знаменитого Франка Майслера – и было первой после революции синагогой в России, построенной не как времянка, какой являлась та же историческая деревянная изба ХАБАДа в Марьиной Роще. Желающие могут посетить и полюбоваться – синагога на Поклонной горе открыта для публики.
Помимо того, автор на протяжении нескольких десятилетий своей еврейской биографии по мере сил помогал в выпуске книг о Холокосте издательству «Гешарим» Михаила Гринберга, лучше которого еврейскую литературу на русском языке никто в мире не печатал и не печатает по сию пору. Поддерживал исследования Ильи Альтмана – крупного учёного с тяжёлым характером, чьи полевые исследования и работа в архивах послужили основой для создания энциклопедии «Холокост на территории СССР». Однако мировое признание события, происходившие в ходе уничтожения евреев нацистами в Восточной Европе, получили в огромной мере благодаря Вячеславу Кантору.
Зачем долларовому миллиардеру, «королю удобрений» (гигантский, к слову, был и остаётся бизнес), владельцу одной из лучших в мире коллекций русского авангарда и коннозаводчику, понадобился пост пятого президента Российского еврейского конгресса, более или менее понятно. Зачем ему приспичило становиться первым выходцем из России во главе Европейского еврейского конгресса – тем более понятно. Даже зачем он основал и возглавил Люксембургский форум по предотвращению ядерной катастрофы, можно как-то просчитать. Но с какого такого перепугу Кантор придумал, взвалил на горб и потащил международный форум «Жизнь народу моему», посвящённый увековечению памяти жертв Холокоста, объяснить, исходя из формальной логики, невозможно.
Внешне и постфактум – когда всё получилось, таки понятно! 2005-й – мероприятие в польском Кракове и Освенциме. Гости: вся мировая элита. Президенты в ассортименте, от американского до российского. Точнее, от российского до американского. Второй – 2006-й, Киев – Бабий Яр. Гости: президент Ющенко плюс много кто ещё. Третий – 2008-й, Страсбург и Брюссель. Европарламент – годовщина «Хрустальной ночи». Мощно, ярко, с присущим Кантору размахом. Причём именно когда тему европейцы начали «заметать под ковёр». И, строго говоря, если бы не В. К., её бы туда и замели. Какой такой Холокост? Ну было что-то у евреев в ХХ веке… А мы-то тут при чём?
Начиная с Польши, продолжая Украиной и заканчивая Западной Европой, холодной и политкорректно подлой, он пробивал всё это, как бык матадора на корриде, – и пробил. С огромной долей вероятности, если бы не организованный им саммит в Освенциме, крупнейший нацистский лагерь смерти успешно задвинули бы на задворки польского политического календаря. Делать это начали с бесхитростностной прямолинейностью, присущей современной Польше. В которой мемориалы на месте нацистских концлагерей с начала 90-х воспринимались не как наследие геноцида, организованного при сочувствии и поддержке огромной части местного населения, а как родимые пятна социализма. То есть сносить их так уж попросту, может, и не решились бы, но назначать траурные мероприятия на еврейские праздники, чтобы израильтяне, по крайней мере верующие, не смогли приехать, уже начали.
Что до Украины – общение с администрацией президента Ющенко, который до своей победы на выборах любил упомянуть при случае о том, как его отец сидел в концлагерях (кто б его тогда догадался спросить, в каком именно качестве он там сидел), – особая песня. Отозвавшись на настойчивую рекомендацию американцев присвоить звание Героя Украины майору Шапиро, который открыл ворота Освенцима, Киев не смог не отыграть своё. Одновременно с ним звание Героя Украины посмертно получил Роман Шухевич, прославленный тем, что для евреев и поляков этот инструктор в диверсионной школе абвера и гауптман батальона «Нахтигаль» был палачом из палачей. Ну и с чем это можно сравнить? С пощёчиной? С плевком в лицо? Впрочем, просто у официального тогдашнего Киева прорвалось потаённое. Сегодня там всё хуже. Много хуже.
